научные (или почти) изыскания
мы, волею Божьей, редактор всея Ё
творчество
объявления
выпускающий редактор says:
так некоторые говорят
эссе
человек номера
  

главная

 

     

Вести с полей.

Генерал! Наши карты - дерьмо. Я пас.
Север вовсе не здесь, но в Полярном Круге.
И экватор шире, чем ваш лампас.
Потому что фронт, генерал, на Юге.
На таком расстояньи любой приказ
Превращается рацией в буги-вуги.

И.Бродский..

1. Афганистан как полевая форма политической жизни.
Поля бывают разные. Пшеничные и маковые, магнитные и торсионные, минные и иловые, шляпные и тетрадные. Среди прочих встречаются и геополитические. А здесь мы натыкаемся на эндемические и тотальные, перекрестные и пограничные. Однако речь сегодня мы поведем о геополитических метаполях. А точнее об одном метаполе - регионе Центральной Азии.
Напомним, что метаполе - это геополитическое пространство, осваиваемое одновременно несколькими государствами или их союзами. Осваиваемое, конечно, не мотыгами. Это освоение имеет различные аспекты - экономические, военные, идеологические, культурные, религиозные. Хотя орудия освоения могут быть разные, есть одна общая черта - оно идет как геополитическое давление на метаполе извне.
На центральноазиатском метаполе основные драматические коллизии разворачиваются сейчас в Афганистане. Здесь метаполе превращается в поле битвы. В настоящий момент основных игроков на афганском поле четверо, не считая самих афганцев. Это Россия, США с натовскими союзниками, радикальная часть исламского мира и Иран.
Когда средства массовой информации пытаются уверить мир, что их всего двое - хорошие и плохие, наши и не наши, герои и моральные уроды, террористы и антитеррористы, христиане и мусульмане - не верьте. На самом деле все не так, как в действительности. К тому же соответствие членов дуальных пар, кроме последней, разумеется, конкретным странам, народам, организациям и даже отдельным лицам определяется принадлежностью освещающих тему журналистов к ОРТ, CNN, Аль-Джазире, IRNA и т.д.
На афганском поле лишь радикальные исламисты открыто выступают против трех остальных игроков одновременно. Поэтому их можно уважать хотя бы за честность. США с сателлитами выступают против исламистов - явно, против Ирана - неявно, и против России - тайно. Россия, в свою очередь - против исламских радикалов - открыто, против США - завуалировано. Иран, занявший выжидательную позицию, врагами считает радикальных исламистов и Запад. Учитывая пассивность последнего, оставим в нашем маленьком экскурсе его за скобками.
А что же "пятый элемент", афганский народ? Сами афганцы настолько привыкли отождествлять себя с общностью этнической, а не государственной, что о едином афганском народе говорить пока не приходится. Корректнее говорить о таджиках, узбеках, туркменах, хазарейцах, пуштунах… И у каждых свои узкоэтнические интересы. В лучшем случае можно говорить о группировках типа "Северный альянс" или "Движение "Талибан".
Но Талибан - ударная часть радикального ислама, его острие атаки, и, следовательно, логично его рассматривать в контексте третьего из названных игроков. Северный альянс, пока видимо жестко ни с кем не связанный, как богатая невеста, может выбирать, с кем из остальных игроков связать судьбу. Хотя, выбор, очевидно, уже состоялся.
В любом случае, даже если условно принять за данность существование афганского народа, то его участие в этой большой игре не вызывает недоумения. Он на своей земле, на своем поле, борется за свои национальные, религиозные, культурные, политические, экономические интересы. А что забыли здесь остальные игроки?

2. В пустыне жаркой и сухой.
Зачем же всем пахарям центральноазиатского метаполя нужен Афганистан? Что хорошего можно там приобрести? Все примитивные материальные объяснения здесь не срабатывают.
Может быть, территория для хозяйствования? Но большая часть страны - приблизительно три четверти - покрыта горными хребтами Гиндукуша и Паропамиза. Небольшие равнинные области расположены лишь на севере и юго-западе страны. И то в большей части они заняты пустыней Регистагн и пустынными равнинами - Бактрийской и Дашти-Марго. А промышленное разведение саксаула еще никому не принесло радости.
Полезные ископаемые? В стране ведется незначительная по объемам добыча газа на месторождениях Ходжа-Гугердаг и Джаркудук. Даже в лучшие годы совокупный объем добычи на них не достигал и трех миллиардов кубометров. Для сравнения: одно уренгойское месторождение в России дает не менее ста миллиардов кубометров газа в год. Сейчас же объем добычи афганского газа сократился настолько существенно, что вряд ли его хватит и на надувание шариков ко дню Благодарения. Есть небольшие месторождения каменного угля и соли, которые добываются полукустарным способом. Да, есть еще изумрудные копи в горах. Но там работают только старатели - промышленная добыча нерентабельна. Нет залежей ни нефти, ни урана, ни руд цветных металлов, ни даже банальной железной руды.
Экспортные потоки? Но что способен экспортировать Афганистан, кроме наркотиков? Фрукты, орехи и ковры ручной работы - этими тремя пунктами исчерпывается все статьи афганского экспорта. Да и те уже иссякают - ведь фрукты надо растить, а ковры ткать. Это очень неудобно делать с "калашниковым" в руках.
Может быть, пути сообщения? Но единственная железная дорога Афганистана длиной аж в пять километров ведет из пограничного северо-западного городка Торагунди в соседнюю таджикскую Кушку (некогда крайнюю южную точку СССР) и стратегического значения иметь не может по определению. Автомобильные дороги с твердым покрытием насчитывают чуть более восьми тысяч километров, но они замкнуты во внутреннее кольцо Кабул - Кандагар - Герат - Мазари-Шариф - Кабул. К тому же за годы властвования талибов они изрядно поизносились и не ремонтировались. Более-менее приличная трасса, ведущая из Кабула в Исламабад - дорога местного значения, а не транспортный коридор.
Следовательно, державам великим и не очень, пытающимся утвердиться в Афганистане, надо от него что-то другое. И этим чем-то может быть только одно - его стратегически выгодное центральное положение в Центральной Азии. Оно позволяет контролировать Среднюю Азию, ибо на севере Афганистан граничит с Узбекистаном и Таджикистаном, Южную Азию, ибо на востоке и юго-востоке он граничит с Пакистаном и Средний Восток, к которому относятся как сам Афганистан, так и граничащий с ним на западе и юго-западе Иран. Есть, кстати, у Афганистана границы и с Китаем, и с Индией. Хотя они проходят в труднодоступных горах Гиндукушского хребта, сбрасывать со счетов их также нельзя.

3. Со мной Аллах и сорок сабель.
Многие страны и народы оставили по себе неизгладимую память, вошедшую в различные языки в виде фразеологизмов: голландский сыр, грецкий орех, арабский скакун, французский насморк, шведская семья, японский городовой… Даже страны, которых уже нет, или которые переименовались, все еще напоминают о себе выражениями вроде "цейлонский чай" или "сиамские близнецы". Афганистан также не стал исключением в этом параде заявок на исключительность. Мир узнал о нем по имени афганской борзой, которую эксклюзивно вывели между хребтов Гиндукуша. Афганская борзая - это такая охотничья собака, а не военно-политическая группировка. Однако жизнь показала, что борзость - характерная черта не только четвероногих обитателей Афганистана.
Ведь с 1978 года, когда был убит тогдашний глава Афганистана Мухаммад Дауд, в Афганистане не прекращается война. С тех пор стало правилом хорошего тона убивать руководителей страны и всех их сторонников, которых удастся выловить.
Но если борзости не хватает, то ее впрыскивают извне. Так, после ухода советских войск из Афганистана в 1989 году и самоустранения прозападных советских политиков с центральноазиатского метаполя в обмен на обещание Запада приобщить их к общечеловеческим ценностям, в Афганистане чуть было не наступил мир. О, ужас! А поле то еще не вспахано! Тут и родилась многоходовая комбинация тогдашних антисоветских союзников - радикальных исламистов и США под названием "Талибан".
В лагерях афганских беженцев в Пакистане отобрали самых энергичных и темных юношей, преимущественно из пуштунов, обучили их наскоро в медресе владению Кораном и более основательно в специальных лагерях - владению оружием. Занимались этим американские инструктора на пакистанской территории. Оружие и снаряжение закупалось на саудовские деньги. А весь мудреный план был проработан аналитиками ЦРУ. Чтоб Пакистану было интересно, он включал полное отстранение от власти таджиков и узбеков и сосредоточение ее у родственных пуштунов. А для собственного утешения этот план включал: во-первых, военно-политическое присутствие США в стране; во-вторых, строительство транспортных коридоров для энергоносителей из Средней Азии через территорию Афганистана в Пакистан, а оттуда - на Запад, при полном развороте спиной к России среднеазиатских республик. Правда пришлось немного подождать, пока СССР распадется, ну да ничего. Время использовали с толком. И стрелять талибов научили, и вахаббитские лозунги в головы вколотили, и деньгами обеспечили, и раскол в рядах коалиционного правительства Афганистана посеяли. Талибам осталось только прийти и взять Кабул.
Вот тут то и оказалось, что цели у союзников разные. Исламистам никакие газопроводы, а тем более американцы были не нужны. Главное - создать образцовое исламское государство, живущее по законам шариата как прообраз переустройства сначала исламского, а затем и всего остального мира. У них свой планчик есть, глобальный такой - в каком году будет исламизирована Россия, в каком - Индия, в каком Европа и США. Образчик, правда, получился не слишком аппетитный, но на вкус и на цвет… А оружие американское и навыки военные очень пригодились не только в Афганистане, но на других участках "всемирного фронта сражений мусульман против неверных".
Таким образом, США просчитались, но мальчиков с коранами и автоматами, а также их умудренных бенладанных вождей ругали не слишком рьяно. А о том, чтоб воевать с ними, и в мыслях не было. Еще бы - они ведь и чеченских террористов поддерживали, и албанских. А за то, чтобы нагадить России и Сербии, можно и не такое вытерпеть.
Сейчас в Афганистане воюет настоящий радикально-исламский интернационал - арабы, пакистанцы, чеченцы, уйгуры… Главного они уже добились - представить в глазах единоверцев всего мира врагами все христианские страны, а особенно западные. А уж бомбящих их американцев в первую очередь. Эх, американцы! Знали б, где упадут - соломки бы постелили. Хотя, вряд ли.

4. Ехали по полюшку герои…
Что делают сейчас американские и американообразные иностранные военные в Афганистане? В памяти, как стробоскопические вспышки, всплывают кадры кинохроник. Вот министр обороны США Дональд Рамсфильд демонстрирует журналистам черно-белые фотографии каких то людей, скачущих по степи на лошадях. Это и есть успешные действия американского спецназа - поясняет он.
Вот англичане доблестно высаживаются на афганскую территорию в районе Баграма. Кадры хроники показывают как бравые солдаты, вооруженные до зубов, по всем правилам современной тактики прикрывают своих товарищей, десантирующихся из боевой техники. Лишь одна маленькая деталь смущает: территория эта уже освобождена бойцами Северного альянса. Англичане разве что канонаду дальнюю услышат.
А вот французы, которые разместились в Мазари-Шарифе, не услышат даже ее: они прибыли, когда фронт откатился на сотни километров на юг. Они будут лишь контролировать прохождение гуманитарной помощи, очевидно идущей из России. Невольно вспоминаются французы из военных романов Ремарка, отказывавшиеся сражаться, если на передовую не подвезут цветного пипифакса.
Германскому правительству с трудом удалось провести в Бундестаге решение о посылке солдат Бундесвера в Афган. Для этого пришлось голосовать вопрос в одном флаконе с вопросом о доверии правительству. И, хотя большинство добропорядочных немцев стремилось избежать правительственного кризиса, все же ситуация была критическая. Но, слава Богу, все позади: немцы уже в пути.
А вот самое свежее сообщение. В Аравийское море выдвигается соединение итальянских военных кораблей, состоящее из 4 судов. 18 ноября соединение вышло из порта Таранта. Церемония проводов сопровождалась митингом антиглобалистов, которые призывали солдат дезертировать и не участвовать в боевых действиях. Предполагается, что военно-морскими силами присутствие Италии в районе конфликта не ограничится, и в Афганистан будут отправлены сухопутные войска, военно-воздушные силы и карабинеры. Однако когда это будет и будет ли вообще - неизвестно.
Какой из всего этого можно сделать вывод? Единственные, кто, несмотря на засекреченность, все же хоть как-то воюют в Афганистане - это американцы. Ведь это их игра, они игроки на поле. Они получили повторный шанс укрепиться в центре Центральной Азии. Если не получилось это сделать в союзе с талибами - не беда, можно и воюя с ними. Перефразируя Черчилля, у США нет постоянных друзей и врагов, есть только постоянные интересы. Если же укрепиться здесь вновь не удастся, то хотя бы политические дивиденды руководству США обеспечены - зло не осталось безнаказанным.
А вот их союзники часто вообще не понимают, что происходит. Правительства ведущих стран НАТО разрываются между желанием угодить Вашингтону и страхом потерять своих солдат в битве за чужие интересы.
Не надо быть политическим аналитиком, чтобы понять, что Западной Европе Афганистан не нужен. У них своих проблем с мусульманами хватает - у Франции с алжирцами, у Германии - с Турками, у Италии - с албанцами, а у Великобритании с выходцами практически из всех стран мусульманского мира, пристегнутых к Великобритании неформальными узами еще со времен колониальной империи.

5. Здравствуй, русское поле.
Из трех активных игроков нам интереснее всего, конечно, позиция России. Бросок на юг и выход к теплым морям являлся и является одной из основополагающих внешнеполитических целей России еще со времен Святослава Игоревича. Отсюда такой пристальный интерес к этому региону, отсюда и попытка в восьмидесятые создать стратегический плацдарм в Афганистане, так трагично загубленная бездарными исполнителями.
С 1996 года в России вновь стало проклевываться и выкристаллизовываться, а с 2000 года воплощаться на практике понимание неизбежности пути на юг. Новые политики в Кремле и в МИДе осознают, что стратегическая интеграция Евразии и ее суверенитет от заморского гегемона невозможны без геополитического контроля над Центральноазиатским метаполем. Явное форсирование отношений России с Ираном и Индией также лежат в этой плоскости. А Афганистан в силу центрального своего положения - ключ ко всему региону, о чем уже было сказано.
Опыт действий в регионе, последствия афганского синдрома, предварительная агентурная проработка, налаженные загодя связи с Северным альянсом, наличие военных баз и 201 дивизии в Таджикистане, политическое влияние на Узбекистан, почти что дружеские отношения с Ираном - все это предопределило заметную фору России по сравнению с западными игроками в новом туре афганской игры. И все эти козыри могут стать основой взвешенной, мудрой и успешной политики России, если будут учтены все аспекты, составляющие профиль региона - этнические, демографические, религиозные, культурные, исторические, экономические, политические, военные. Отказ от посылки войск, но снабжение оружием, продовольствием и информацией бойцов Северного альянса - удачный дебют в этом направлении.
Американцы могут противопоставить этому лишь наглость и силовое давление. Причем уже запускаются пробные шары севернее Афганистана. Так, например, пустили узбекские зайчики в свою лубяную избушку американскую лисичку. Сначала ей надо было лишь использовать узбекскую базу для транспортной авиации, затем заслать корректировщиков огня, потом где-то притулиться американскому спецназу… И вот уже заявления из Белого Дома и Пентагона, что США не намерены покидать Узбекистан и после окончания контртеррористической операции в Афганистане. Кто бы сомневался.
Но, пока они тешили себя иллюзиями, мы им подарок преподнесли: вхождение Северного альянса в Кабул аккуратно накануне визита Путина к Бушу -младшенькому. Вы спросите, при чем здесь мы? Небось, запомнились зрителям новостей вереницы новеньких "УАЗиков", въезжающих в Кабул с пулеметами на крыше. А кроме УАЗиков были еще вертолеты и бэтээры… А то, знаете ли, на ишаках добираться до Кабула от Мазари-Шарифа малость трудновато.
Не успели отщелкать журналистские фотокамеры на ранчо Бушей в Техасе, как группа из одиннадцати российских советников трех министерств - иностранных дел, обороны и чрезвычайных ситуаций - выехали в Кабул для налаживания контактов с новым руководством Афганистана.
Президент Афганистана Раббани, вернувшийся из изгнания, российских представителей принял тепло и беседовал, предполагается, о составе нового коалиционного правительства без талибов. Кто в него войдет - пока окончательно неясно. Но то, что центральное место в нем займут близкие России и нелюбимые Западом и его союзником Пакистаном таджики и узбеки Северного альянса - бесспорно. Показательна маленькая деталь - россиян поселили в лучшей из немногих уцелевших гостиниц Кабула, а безопасность их обеспечивает бывшая личная охрана Дустума под руководством родственника легендарного генерала.
Так что у нас сейчас есть мимолетный миг шанса переиграть как закадычных врагов арабов, так и заклятых друзей американцев, и превратить центральноазиатское метаполе в сферу российского, а точнее, российско-иранского политического влияния.

P.S. Целый сонм великих мужей, включая и Маркса, заявлял, что история повторяется дважды - один раз как трагедия, а второй, как фарс. Увы, часто она этим не ограничивается. Старинная арабская пословица гласит: "Что случилось однажды, может больше никогда не случиться. А то, что случилось дважды, обязательно случится и в третий раз". В XIX веке афганцы на своей территории воевали с Великобританией, в XX - c Советским Союзом, а в XXI - с США. Не дай им Бог четвертого.

Альберт Белоглазов


 

 

Дегуманизация


"Аристократизацию - в массы !" - иступленно орал Ортега-и-Гассет лежа на земле и глядя в небо,спрятавшееся над последним, оставшимся после восстания масс, европейском пустыре. [И, слава Богу, что он правильно выбрал место. Неизвестно, что стало бы с этим самым великим (после Ницше) гуманистом, если бы он орал об этом на перегруженных европейских перекрестках.
Зато теперь у нас есть возможность прочитать его бессмертные труды и поразиться прозорливости, литературному таланту и глубине научной мысли этого великого историка.
Его крик стал понятен,как всегда запоздало, тем кого он непосредственно касался (и то немногим). Тот острый недостаток дисциплины духа (читай сущностного аристократизма), который так огорчал ученого в начале прошлого века, в начале века нынешнего стал не просто нормой, но и ценностью.]

Хосе Ортега-и-Гассет спал, ему снился кошмарный сон. Будто его лицо растянуто на всю Европу и по нему в тяжелых сапогах маршируют 460 миллионов "последних" людей. Они то идут колоннами, то разбегаются в стороны, то маршируют на месте. А под ними корчится лицо мыслителя. Сны часто обманывают. "Последних" людей гораздо больше, уже больше 1 миллиарда.
Ему снится усатый Заратустра, который, грозно указывая палцем на маленькую коричневую планету, объясняет юному Хосе :"Настало время, чтобы человек поставил себе цель свою. Настало время, чтобы человек посадил росток высшей надежды своей.
Его почва еще достаточно богата для этого. Но эта почва будет когда-нибудь бедной и бесплодной, и ни одно высокое дерево не будет больше расти на ней.
Горе! Приближается время, когда человек не пустит более стрелы тоски своей выше человека и тетива лука его разучится дрожать!
Я говорю вам: нужно носить в себе еще хаос, чтобы быть в состоянии родить танцующую звезду. Я говорю вам: в вас есть еще хаос.
Горе! Приближается время, когда человек не родит больше звезды. Горе! Приближается время самого презренного человека, который уже не может презирать самого себя.

Смотрите! Я показываю вам последнего человека. "Что такое любовь? Что такое творение? Устремление? Что такое звезда?" -- так вопрошает последний человек и моргает.
Земля стала маленькой, и по ней прыгает последний человек, делающий все маленьким. Его род неистребим, как земляная блоха; последний человек живет дольше всех.
"Счастье найдено нами", -- говорят последние люди, и моргают.
Они покинули страны, где было холодно жить: ибо им необходимо тепло. Также любят они соседа и жмутся к нему: ибо им необходимо тепло.
Захворать или быть недоверчивым считается у них грехом: ибо ходят они осмотрительно. Одни безумцы еще спотыкаются о камни или о людей!
От времени до времени немного яду: это вызывает приятные сны. А в конце побольше яду, чтобы приятно умереть.
Они еще трудятся, ибо труд -- развлечение. Но они заботятся, чтобы развлечение не утомляло их.
Не будет более ни бедных, ни богатых: то и другое слишком хлопотно. И кто захотел бы еще управлять? И кто повиноваться? То и другое слишком хлопотно.
Нет пастуха, одно лишь стадо! Каждый желает равенства, все равны: кто чувствует иначе, тот добровольно идет в сумасшедший дом.
"Прежде весь мир был сумасшедший", -- говорят самые умные из них, и моргают.
Все умны и знают все, что было; так что можно смеяться без конца. Они еще ссорятся, но скоро мирятся -- иначе это расстраивало бы желудок.
У них есть свое удовольствьице для дня и свое удовольствьице для ночи; но здоровье -- выше всего.
"Счастье найдено нами", -- говорят последние люди, и моргают.

Ортега-и-Гассет просыпается в ужасе, смотрит назад и видит также лежащих на пустыре Гете,Монтескье, Руссо, Франклина, Дантона,Сахарова, Гоббса, Лока и еще чертову кучу людей. Их лица печальны. "Аргентина... Ямайка...", - горестно вздыхают они. Они уже не вспоминают о том, что побудило их бросить все и спрятатьтся на единственном европейском пустыре. А когда они все-таки вспоминают, то Гете подходит к Сахарову и просит его по -немецки : "Андрей, скажи об этом как надо." Сахаров встает и, представляя себе лицо Горбачева, громко картавя, воспроизводит большой матерный загиб сотоящий из 370 нецензурных слов.
Франклин вздыхает (не понимает по-русски), и опять начинает гундостить : "Every man has a right to live and .... etc." Заратустра толкает его в бок и говорит :"Вы всем уже порядком поднадоели, милейший. Вы даже вынудили задуматься над той белибердой, которую вы так тщательно пережевываете с 1776 г. И я даже нашел в чем вы опростоволосились. Ключевое слово в вашей фразе это слово "man". Кто он этот самый ваш "every man". Не существует ваших эверименов. Права то получает конкретный человек, который чаще всего оказывается той самой социальной скотиной, которую в нем взращивают, холют и лелеют эти самые ваши "Human rights". Предоставить каждому право на жизнь, свободу там от всего, гарантии всякие социальные - это все равно, что дать каждому футболисту по мячу: вроде все довольны, а что-то все таки не так. Свобода в обществе "последних " людей воспринимается исключительно как "свобода от". Конструкция "свобода для" уже режет слух, потому, что предполагет некую миссию, а это уже нехорошо, от нее уже даже "имперскими абициями попахивает, да как-то отвлекает "последнего" человека от его социального скотства".

"Но ведь идея-то хорошая",- горестно восклицает Франклин.
"Да, Бен, идея хорошая, только внедрять ее надо в общество, которое к этому готово, а не в общество супершимпанзе ," - ухмыляется Заратустра.

Встревает Сократ : "Почему вы никогда не слушаете старших? Ведь я же говорил вам в свое время, чтобы вы познали самое себя. Естественно, подумали господа фрацузы с господами американцами, что Сократ - это несовременно, к тому же грек. Ну и лопухнулись с этим "man". А между прочим, вон Гете, скромничает стоит, а он вам тоже кстати говорил,что жить в свое удовольствие свойственно плебеям. И что свободы только тот достоин, кто за нее каждый день на бой ходит. А вы сразу всем её по карманам рассовали, даже не спросили: "надо, не надо?"

Хосе при слове "Америка" оживился и подбежав к Заратустре зашептал ему на ухо : "Послушайте, герр Заратустра, вам не кажется, что в Америке под маской последних технических изобретений скрывается первобытный народ? Америка ведь еще не прошла через горнило больших испытаний, она еще по-настоящему не страдала, и поэтому было бы иллюзией думать, что она может обладать достаточными достоинствами, чтобы удержать в своих руках власть над миром, не правда ли?" "Как бывший Бог, я вас понимаю,"- поморщившись, ответил Заратустра,- "Но эти права и свободы изрядно подпортили кровь этим "недочеловекам". Это стадо считает, что ему вообще не нужен пастырь. А овца, что понаглей, поглупей, да порогатей, все таки хочет оптимизировать (на свой вкус) процесс щипания травы. Европейцы знают сколько хлопот доставляет мировое господство. А чтобы это поняли американцы, наверное нужно, чтобы им на обломках Нью-Йорка гунны сплясали."

"Вы посмотрите как они начали размножаться после 19 века. Это естественный, я бы даже сказал ботанический процесс : подвергнув семена растения "человек" обработке двумя удобрениями - либеральной демократией и преклониением перед техникой, - всего за один век можно добиться в Европе увеличения человеческого урожая в 3 раза. Если раньше во все исторические эпохи жизньдля плебея значила прежде всего ограничение, обязательство, зависимость, давление и гнет, то теперь "последний" человек живет среди сказочных машин, чудодейственных лекарств, услужливых правительств, уютных гражданских прав. И, само собой, главным его качеством как социального животного являетяс радикальная неблагодарность ко всему тому, что сделало возможным его существование, "- продолжал ученый.

"Тепреь представьте себе," - включился в разговор Бэкон, - "что их 6 000 000 000, и вы поймете, в каком мы дерьме. Вы знаете сколько народу может выдержать эта планета по норме? 500 миллионов. Считать умеете? Вот и посчитайте, сколько на планете лишних людей."

"5 500 000 000 получается," - быстро подсчитал Заратустра.

"Вот," - сказал Бэкон, -"Какие, к черту, права человека. Никакой ни Every man. Больше чем каждый второй лишний. А если учесть, что на этой планете давно уже не спрос определяет предложение, а наоборот, то можно легко себе представить, как эти "последние" всю планету наизнанку вывернут (Зато у каждого будет тостер, например. Поджаривать в нем, конечно, скоро станет нечего. Но "последние" люди, на то и "последние". ) "

Посмотрел Хосе Ортега-и-Гассет по сторонам и воскликнул в сердцах "Какой это теперь, к черту, пустырь!" Встал и ушел.

Айдар Харисов

 

просьба присылать свои предложения, замечания и статьи на мыл: saidsuicid@beep.ru 

   

здесь архив:
#1 (ноябрь 2001г)

Ильшат Саетов "Глобальные пироги"
Айдар Харисов "Новая партия на "Великой шахматной доске", или "Что такое Афганистан"